|
Владимир Грановский: Трубе пустой стоять нельзя
(3 Декабря 2003 21:10)
На тему перспектив бездействующего нефтепровода журнал "Терминал" пообщался с Владимиром Грановским, руководителем группы советников министра экономики и по вопросам экономической интеграции Валерия Хорошковского, в рамках проводившейся в Киеве конференции "Формы регионального сотрудничества". Это интервью может быть инетересно и нашим читателям. Предлагаем его Вашему вниманию с незначительными правками:
Терминал. Владимир, у нас есть интересы в России, есть интересы в ЕС. Где наши интересы выше, что нам выгоднее: вступление в ЕС либо присоединение к ЕЭП?
Владимир Грановский. Мне кажется, что сама фраза "вступление в ЕС" - речевая конструкция, которая, грубо говоря, не охватывает предмета. Членство в ЕС сегодня является непросматриваемой перспективой для нас. Она не видна. Мало того, со стороны Украины никакого расширения Европы не произошло. Для украинца западная граница Украины и была Европа. Это была социалистическая Европа, в смысле Варшавский Договор, но это была Европа. Сейчас расширение Европы происходит по историческим соображениям, это очевидно. Украина исторически никогда не являлась частью Европы. И для европейца нет личного смысла, чтобы присоединять нас на каких-то особых условиях.
В тоже время, если обсуждать такое понятие, как зона свободной торговли... Вхождение в нее - тоже очень сложная процедура, но говорить об этом более реально. И если до членства в ЕС нам еще долго "плясать", то говорить о свободной торговле более прагматично.
А теперь вопрос, нужна ли нам зона свободной торговли? Думаю, нужна. Как Мексике была нужна с Америкой. Конечно же, мы должны быть готовы к тому, что у нас сразу откроется огромное количество иностранных предприятий, и они будут выигрывать в конкурентной борьбе. Иностранное предприятие - это всего лишь паспорт. Предприятия же будут здесь, работники будут местные. Другое дело, что эти
предприятия, как и произошло с Мексикой, могут закрыться, если будут невыгодны инвестору. Но это уже проблема страны.
То есть вступление в ту или организацию - дело отдаленной перспективы. Сейчас вы ратуете за то, чтобы решать вопросы сотрудничества на экономическом уровне?
В. Г. Да. Я считаю, что мы должны четко видеть свои интересы. Зона свободной торговли с Россией не может быть создана уже восемь лет. И, откровенно говоря, сама идея создания ЕЭП возникла в ответ на возможность создания зоны свободной торговли с Россией, поскольку россияне говорят: почему мы должны понижать тарифы? Ради чего? Ответ - ради того, если мы создаем единое экономическое пространство. Тогда мы понимаем.
Мы тогда создаем единое пространство, вы делегируете часть своих полномочий фактически нам, мы снова восстанавливаем регион, отвечаем за безопасность в этом регионе, вводим единый таможенный тариф. В общем, восстанавливается какой-то прообраз, противовес тому, что есть Европейский Союз. Все, тогда нормально, снимается вопрос европейской интеграции России.
Мы покупаем нефть в России практически по мировым ценам. Если мы начнем сотрудничество с Россией в рамках ЕЭП, как вы считаете, какова будет ценовая динамика нефти?
В. Г. Это непреодолимый вопрос. Непреодолимый, потому что Россия должна повысить цены. Что, в общем, разумно. Если Украина ориентируется на Европейский союз, то мы должны требовать от России того, что требует сегодня от нее Европейский союз.
Евросоюз требует от России приведения ее политики в соответствие с европейскими требованиями. Россия говорит, что это абсурд - это наше природное преимущество, у нас дешевая энергия. Тогда у европейцев возникает вопрос: а какая же конкуренция, если базовый элемент себестоимости продукции на порядки меньше (что касается России - в пять раз). Какая может быть конкуренция, если все инвестиции идут к вам, в Россию. У вас в этом случае производится дешевая продукция, которая потом идет к нам, в результате чего все наши европейские производители разоряются. Быстро разоряются...
Это непреодолимое препятствие.
Даже если мы будем тесно общаться с Россией, она не пойдет нам на уступки, и как были у нас мировые цены, так и останутся?
В. Г. А как она пойдет? Это невозможно. Как она может пойти - она что, повысит цены у себя? А удешевление энергоресурсов для нас вообще опасно. Это не выгодно нашей стране.
Как только мы понижаем цены, мы сразу же попадаем во всю систему антидемпинговых расследований, Евросоюз нас сразу обвинит в нечестной конкуренции. В наших же интересах отказаться от этого. Мировой уровень цен на энергоресурсы -наше преимущество перед российской экономикой!
Если вернуться к экономике, то правильно мы понимаем, что, с вашей точки зрения, реверс "Одесса-Броды" является более выгодным на данном этапе?
В. Г. Я в этом вопросе одного не могу понять - почему до сих пор нет нефти? Я идеологически понимаю: надо, что бы нефть текла в Европу. Я не знаю, почему ее нет.
Дальше некуда течь, дальше - "Дружба"...
В. Г. Нет, я говорю, почему до сих пор не закачали?
Идут споры о том, что хорошо, что плохо. В чем позиция "ТНК" ("Тюменская нефтяная компания")? В том, что нет на Каспии никакой нефти. Вот у нас есть, а там - нет. Все эти американские компании из Каспия - они качают нефть, но по другим каналам, и не собираются закачивать "Одесса-Броды" - вот в этом позиция "ТНК".
Ермилов же говорит: нет, нефть есть! Я его хорошо знаю, я ему верю, я только спрашиваю - где нефть?
Не кажется Вам, что проект "Одесса-Броды" был одним из проявлений экономического романтизма Виктора Ющенко?
В. Г. У меня такое ощущение... В общем виде он его построил, а никому трубопровод не был нужен. Я так понимаю, что и сейчас он не нужен никому. Может, он когда-нибудь нужен будет, говорят европейцы. А сейчас - нет. А если по нему потечет сейчас нефть российская, то тогда его вообще по-другому никак нельзя будет использовать. Кто-то должен отвечать за это. Когда его строили, на какие контракты рассчитывали?
В последнее время глава "Укртранснефти" Александр Тодийчук только тем и занимается, что презентует нефтепровод и декларирует наличие объемов.
Что вы можете сказать по этому поводу?
В. Г. Ермилов тоже говорит, что есть контракты. Я не знаю - есть они или нет. Мы будем строить, у нас все есть, мы обеспечим... Я ему верю, но кроме обещаний есть еще и факты. Где нефть? Дайте нам пять этих компаний, покажите контракты. Я говорю: не показывайте цены, покажите контракты. Скажите время, когда пойдет нефть...
В целом мы поддерживаем европейское направление, но реально ли оно, я не могу сказать.
Какую позицию занимает по этому вопросу министр экономики?
В. Г. Валерий Хорошковский занимает такую позицию по этому вопросу. Он говорит: я конечно, за то, чтобы никакого реверса не было. Но я же не могу говорить пустое. Где нефть? Если бы она была, я бы не выступал. Здесь есть нефть, а там ее нет. И тут начинается теоретическая дискуссия. А в это время, что - трубе пустой стоять?
Останнi матерiали на тему "Нефтепровод Одесса-Броды":
Останній козир у рукаві
Казахстан нам не поможет?
Игра на трубе
Energy Solutions рекомендует...
«Тенгизшевроил» обидел Украину?
Военные сводки
|
Економіка
